ВОЕННАЯ ДЕМОКРАТИЯ, ГОСПОДСТВОВАВШАЯ В ЧЕРКЕСИИ ВПЛОТЬ ДО ПИКА ДЕПОРТАЦИИ

1792 год. Можно ли назвать его точкой отсчета разложения общечеловеческих ценностей на Северном Кавказе. Без преувеличения, можно. Взаимодействие общества на условиях невиданного равноправия было незнакомо дикому люду, изгнанному из хмурых запорожских земель и отправленному в природную сокровищницу страны горцев. Военная демократия, господствовавшая в Черкесии вплоть до пика депортации, казалась как простому казацкому мужику, так и рядовыми имперскому солдату, чем-то высоким, но одновременно чуждым. Чуждость это выражалась в недостижимости состояния, в невозможности отклониться от скотского отношения к самому себе и ощутить уважение людей, обладавших статусом выше твоего. Порядок взаимоотношений, которым была пропитана жизнь черкесов, невозможно было сломить установлением номинальной власти. Такая власть была бы слишком хрупка и колониальная верхушка знала об этом. Но изнеможенная армия имперских войск, а точнее их кукловоды, достигли желаемого. Достигли немыслимой ценой. Числа жертв империи было просто не счесть. Понимая кратное превосходство царской армии над черкесами, императорский двор, взмахивая росчерком пера, продолжал отправлять на дикий Кавказ всё новые партии «мертвецов». Лишь достигнув кощунственных целей, амбиции царской знати слегка приутихли. Тысячи невинных солдат один за другим гибли у подножий незыблемого Кавказа. Но цена жизни этих людей в глазах…

Мэзибл зауэ. (Къетыкъуэ тIуащIэ)

К нападению на линию готовились долго. Черкесам удалось собрать ополчение в 15 тысяч человек. Двигаясь двумя колоннами, они атаковали крепости и редуты на всем протяжении Моздокской линии, включая крепость Святого Павла, где был расположен лагерь командующего русскими войсками генерала Якоби. «Никогда еще атаки на линию не принимали такого большого размаха и никогда еще враги не действовали с такой энергией и силой», — говорит Потто. Противник оказался гораздо многочисленнее. Уже осенью (война началась ранней весной), отступив от линии, они стали лагерем на острове, образуемом Малкой. Кровавая сеча началась утром 29 сентября. В.А. Потто приводит перечень войсковых единиц, участвовавших в этом сражении с русской стороны: Томский пехотный полк, батальон Кабардинского полка (это название полк получил отнюдь не по национальному составу, а по месту формирования и дислокации), два егерских батальона, две роты Моздокского полевого батальона, Моздокский казачий полк, тысячи донских казаков и калмыков, десять эскадронов Владимирского драгунского полка… Отступать кабардинцам было некуда, тем не менее, на предложение сдаться они ответили ружейным огнем. Мало кому удалось живым выйти из этого пекла. Выбор их был один: умереть достойно. Нет основания полагать, что кто-либо из малодушия…